Р. Хайнлайн, "Дверь в Лето" (отрывок)

" ...Дом имел один недостаток: в нем было одиннадцать дверей.
А если считать дверь для Пита - то все двенадцать. Я всегда старался, чтобы у Пита была своя дверь. В данном случае дверью ему служила вставленная в окно нежилой спальни фанерка, в которой я выпилил отверстие такого размера, чтобы усы не застревали. Слишком уж много времени в своей жизни я потратил , открывая двери кошкам. Однажды я даже вычислил, что за всю историю цивилизации человечество убило на это дело сто семьдесят восемь человеко-веков. Могу показать расчеты.
Обычно Пит пользовался своей дверью, кроме тех случаев, когда ему удавалось умяукать меня, чтобы я открыл ему "человечью дверь" - их он любил больше. Однако он категорически отказывался пользоваться своей дверью, если на земле лежал снег.
Еще котенком Пит выработал очень простое правило: я отвечаю за жилье, питание и погоду; он - за все остальное. Но в особенности, по его убеждению, я отвечал за погоду.
Зима в Коннектикуте хороша только для рождественских открыток; а Пит в ту зиму регулярно подходил к "своей" двери, выглядывал наружу и - ну не дурак же он! - отказывался выходить на улицу из-за этой белой дряни под лапами. Потом он мучил и преследовал меня до тех пор, пока я не открывал ему "человечью" дверь.
Пит твердо верил. что хотя бы за одной из этих дверей его ждет хорошая летняя погода. Поэтому каждый раз мне приходилось терпеливо обходить с ним все одиннадцать дверей, открывая кахдую, чтобы он мог убедиться, что и там - зима. Скаждым следующим разочарованием кот все больше убеждался, что я со своими обязанностями не справляюсь.
Потом он сидел дома до тех пор, пока "гидравлическое давление" буквально не выжимало его наружу. а когда он возвращался назад, кусочки льда между подушечками на его лапах цокали по дощатому полу, словно деревянные башмачки. Он сердито смотрел в мою сторону и отказывался мурлыкать до тех пор, пока не вылижет весь лед на лапах, после чего все же прощал меня - до следующего раза.
Но упорно продолжал искать Дверь в Лето..."

Хочу книгу. Настоящую книгу, а не бездушные интернетовские буквы. Хочу...